Распространено мнение, что главной задачей президента США Дональда Трампа сейчас является стимулирование прихода к власти в Иране умеренных сил, которые готовы будут подчиняться требованиям Вашингтона, как это произошло в Венесуэле вслед за похищением президента Николаса Мадуро. После чего Трамп сможет заявить о своей победе в войне и завершить ее.
Поэтому, когда вчера стало известно, что новым верховным правителем Ирана стал близкий к радикальным кругам КСИР сын убитого аятоллы Хаменеи Моджтаба, кандидатуру которого Трамп ранее называл неприемлемой, появились комментарии о том, что описанная выше стратегия американцам пока явно не удается.
Однако стоит сказать, что Трамп сам приложил усилия, чтобы эту стратегию поломать.
Напомним, президент США в субботу заявил, что извинения президента Ирана за удары по странам Персидского залива и обещания их прекратить – это признак слабости и чуть ли не капитуляции. Также он сказал, что теперь еще более усилит удары и перейдет к уничтожению целых "групп населения" (в подобной трактовке это заявление выглядит как анонс акта геноцида).
Это, конечно, можно воспринимать как банальный шантаж ("делайте то, что мне нужно, иначе будет еще хуже"), однако очевидно, что подобные заявления скорее работают против умеренных, настроенных на диалог со Штатами сил, если даже таковые в Иране имеются. Трамп показывает, что любые уступки (как заявления считающегося "умеренным" президента Пезешкиана о прекращении ударов по соседним странам) воспринимаются Вашингтоном в качестве слабости и провоцируют на ужесточение подходов.
Соответственно, это усиливает позиции тех сил в Тегеране, которые считают, что с Вашингтоном не о чем договариваться.
И это также ставит вопрос: а действительно ли Трамп заинтересован в скором окончании войны в Иране?
Мы уже писали, что длительная война будет очень большой проблемой для Трампа только в трех случаях: если американские войска понесут большой урон, если Иран сможет придумать, как наносить удары по американской территории (например, беспилотниками по схеме украинской операции "Паутина") и если в самих Штатах из-за войны начнутся экономические проблемы в виде роста цен на топливо и прочее.
Но если ничего из этого не произойдет, то война, даже длительная, особых проблем для Трампа иметь не будет. Экономически от нее будут страдать главным образом конкуренты США – Китай, Европа и нефтегазовые компании Ближнего Востока (конкуренты американским нефтегазовым компаниям). При этом сами американцы будут очень хорошо зарабатывать на увеличившейся цене на нефть и на продаже оружия. А рост цен на топливо внутри США, теоретически, можно ограничить путем договоренности с нефтяным бизнесом, который и так будет получать сверхприбыль на экспорте.
Кроме того, в США, как в "безопасную гавань", будет бежать капитал со всего мира.
Наконец, война может стать поводом для ужесточения контроля власти над процессами внутри Штатов и для ограничения прав и свобод граждан.
Правда, проблемой для Трампа может стать увеличение бюджетных расходов из-за длительной войны, что усугубит проблемы с дефицитом казны и растущим госдолгом.
Однако, это может быть решено за счет "регионализации" войны через побуждение соседних с Ираном стран напасть на него, что позволит Трампу минимизировать расходы на войну и потери в ней, переложив их на своих ближневосточных союзников, ограничиваясь предоставлением развединформации и "точечными" ударами. И в таком формате США может воевать годами, создавая проблемы своим конкурентам и снимая "сливки" с войны, но при этом почти не неся потери.
Хотя, конечно, сценарий долгой войны очень рискованный для Трампа, так как Иран может рано или поздно найти способ нанести больший урон американским силам. Да и внутриэкономическую ситуацию в США у Трампа может не получиться обезопасить от влияния последствий войны.
Но Трамп может посчитать для себя такой риск приемлемым.
И единственное, повторимся, что действительно способно поторопить его с завершением войны до "выполнения всех целей операции" - это большие потери США, экономические и людские.
