Битва "мидлстрайков". Смогут ли ВСУ парализовать российскую логистику на юге Украины
В последнее время появляется все больше данных о том, что Киев нарастил удары дронами по ближним тылам захваченных Россией территорий.
Мы уже писали, что недавно назначенные РФ "власти" Херсонской области ограничили движение по одной из ключевых трасс, ведущих в Крым со стороны Мелитополя. Также российские военкоры еще в начале мая сообщали об ударах БпЛА Hornet по трассе Мариуполь - Донецк.
Аналогичные данные о "мидлстрайках" стали все чаще появляться в украинских военных телеграм-каналах и на ресурсах подразделений, в частности "Азова". Они утверждают, что украинские силы наносят удары по ранее относительно безопасным дорогам Мариуполь - Таганрог и Мариуполь - Волноваха.
А вчера министр обороны Михаил Федоров объявил, что Украина планирует устроить "логистический локдаун" в тылу российской армии. Он утверждает, что за последние месяцы Украина вчетверо увеличила дроновые атаки на склады, технику, командные пункты и маршруты снабжения на оперативной глубине, то есть примерно до 200 км от линии фронта. Более заметные результаты Федоров пообещал летом.
В "Азове" заявили украинским СМИ, что не надеются полностью перерезать российскую логистику, но рассчитывают на то, что можно будет выбить до 70% грузопотока на ключевых трассах в российском тылу на юге Украины от Мариуполя до въезда в Крым, устроив таким образом частичную сухопутную изоляцию полуострова.
При этом, каков сейчас объем поражения, украинские военные не сообщают.
Французский OSINT-исследователь Клеман Молин пишет о том, что за последнее время по трассе между Мариуполем и Россией было около 20 попаданий, что, разумеется, пока еще очень далеко от заявленных выше целей. Также, по данным Молина, интенсивным атаками подвергаются трассы вокруг Донецка. Это оперативная глубина на уровне 70-130 км от линии фронта.
Карта ударов по трассе между Мариуполем и Россией
Российские военные обозреватели пишут, что основная ударная сила "мидлстрайков" - уже упомянутые американские беспилотники самолётного типа Hornet. Заявляется, что российские военные сейчас изучают их на предмет подавления системами РЭБ, которые Hornet пытаются обходить за счет "игры" со слепыми зонами радиочастот.
При этом российские военные паблики пишут, что путь беспилотникам Hornet открывают дроны FP-1, которые используются для ударов по системам ПВО. Это впоследствии усложняет россиянам воздушную защиту ключевых трасс.
По поводу этой угрозы появилось уже много публикаций в российских военных телеграм-каналах. Хотя пока из-за относительной немногочисленности подобных атак они не создают критических проблем для снабжения российской армии.
Серьезные проблемы могут начаться, если Украина сможет в несколько раз нарастить удары по оперативной логистике РФ, как и заявлял Федоров. Особенно в те моменты, когда Москва предпримет крупные маневры техники или масштабные переброски войск, которые будет сложнее защищать от ударов в силу массовости передвижений.
При этом отметим, что Россия гораздо раньше начала системные удары по украинской логистике на оперативной глубине: уже несколько месяцев длится волна прилетов по железной дороге и автозаправкам в прифронтовых областях, также массово горят фуры. Подобная ситуация сложилась в Харьковской, Днепропетровской, Сумской, Запорожской и Херсонской областях.
Для таких ударов россияне используют целый арсенал средств: от модернизированных FPV для налетов дальностью 30-50 км, последних версий "Ланцетов" (до 80 км) до "Италмасов", которые, по некоторым оценкам, могут наносить удары на расстоянии до 150 км.
То есть украинская активность по "мидлстрайкам" - это, по сути, ответ на аналогичные российские действия. И сейчас вопрос в том, кто одержит верх в борьбе по целому ряду параметров: способности масштабировать удары, наращивать производство (или закупки) необходимых дронов, их качеству и навигации, лучшей разведке целей, отработке средств противодействия и перестройке логистики для минимизации потерь. Тем более что у обеих воюющих сторон по этому поводу накоплен уже немалый опыт, начиная от развития систем подавления или поражения дронов и заканчивая антидроновыми сетками на дорогах, а также практикой провоза военных грузов и личного состава на гражданском транспорте. Последнее, конечно, не гарантирует спасения от ударов (операторы дронов бьют и по гражданскому транспорту), однако сильно увеличивает число потенциальных целей, распыляя внимание противника.
В целом, как уже неоднократно показывал опыт войны, любой "геймчейнджер" относительно быстро сходит на нет, поскольку находятся средства противодействия или аналогичные возможности появляются у противника. И если даже в тот же Херсон со стороны тыла въезжает автотранспорт, несмотря на постоянные удары дронов, то на ещё большем удалении от фронта воздействие атак может быть куда менее существенным.
Для того чтобы последствия "мидлстрайков" стали критическими для военных усилий, необходимо нанесение ударов в десятки (или даже в сотни раз) чаще, чем сейчас. Реализуется ли это и если да, то кем - Украиной или Россией, - будет, безусловно, одним из важнейших вопросов нынешней войны.
