"Поки товстий схудне, худий помре". Что готовит осень Украине и России
Сегодня – первый день осени. И в этом году он уже воспринимается не просто как банальный календарный факт.
К концу лета, как писали западные СМИ и давал понять Киев, кампания ударов Украины по российским тылам должна была побудить президента РФ Владимира Путина сделать выбор – или соглашаться на завершение войны по линии фронта, или же идти на эскалацию – проводить мобилизацию, попытаться распространить войну на Европу и т.д., а также затягивать пояса населению из-за нарастающих экономических проблем. Причем в последнем случае на Западе и в украинской власти были сильны надежды на дестабилизацию в РФ (особенно с учетом предстоящих выборов в Госдуму и слухов о мобилизации), что также должно было бы ослабить позиции Кремля и побудить его пойти на уступки.
В связи с этим президент Владимир Зеленский еще недавно говорил постоянно, что рассчитывает на завершение активной фазы войны уже в ноябре.
С другой стороны, россияне давали понять, что будут наращивать обстрелы Украины. В первую очередь, Киева. И уже осенью могут начаться очень большие проблемы в украинской энергетике. Причем они будут многократно масштабнее, чем все годы войны до того. О такой угрозе постоянно говорят и украинские власти.
В связи с этим и возникло у многих комментаторов ощущение того, что наступающая осень будет иметь решающее значение для дальнейшего хода войны в Украине, а возможно, и в более глобальном масштабе, если оправдаются недавние прогнозы того же премьера Польши Дональда Туска о том, что в ближайшее время может начаться прямой конфликт России и НАТО.
Насколько эти ожидания оправданы и что несет осень Украине, России и миру?
Разберем по пунктам.
1. Стратегия России в войне на истощение и ее проблемы
После того как в 2023 году закончилось неудачей контрнаступление ВСУ, война в Украине вошла в стадию "войны на истощение". И стратегию в ней Кремля можно было описать известной украинской пословицей "поки товстий схудне, худий помре". Москва исходила из того, что ресурсы РФ в любом случае больше украинских, даже с учетом помощи Киеву со стороны Запада. Российская экономика смогла адаптироваться к санкционному режиму и продолжала генерировать денежный поток, достаточный не только для постепенного увеличения военного натиска в Украине, но и для того, чтоб подавляющее большинство населения России войну вообще не чувствовало, продолжало жить обычной жизнью и, более того, жизнь эта становилась все богаче, а зарплаты росли. Что стало важнейшим фактором стабильности внутренней ситуации в стране.
В таком режиме РФ могла воевать долго, просто дожидаясь, пока в украинской армии закончатся люди, в украинском обществе – готовность терпеть далее тяготы войны, а у Запада – возможности и желание продолжать поддержку Киева в значительных масштабах. И, по итогу, Украина была бы вынуждена принять российские условия завершения войны и не только в плане уступки территорий, но и в плане перезагрузки самой украинской государственности. Либо, если б Киев не пошел бы на компромиссы, государственность из-за военного перенапряжения могла бы вообще разрушиться и часть территории забрала бы Россия, часть – Польша и Румыния, а оставшаяся часть превратилась бы в зону анархии, безвластия и хаоса, как в сюжете фильма 2021 года "Смертельная зона". Такой был плюс-минус план. И события, которые произошли с конца 2024 по начало 2026 года, как бы доказывали верность стратегии РФ. Приход к власти Дональда Трампа привел к прекращению прямой финансовой и военной помощи Украине со стороны США. Начало войны в Иране резко увеличило цены на энергоносители, наполняя российский бюджет и, одновременно, нанося сильный удар по Европе, которая осталась единственным источником финансирования для Киева.
Параллельно, с прошлого года, начали раскручиваться коррупционные скандалы в Украине, подрывая внутренние позиции Зеленского.
Но уже с весны 2026 года начали происходить события, которые поставили стратегию Кремля на грань слома.
2. Удар по тылам: Киев попытался изменить правила игры
Получив расширенную поддержку Европы, нарастив производство дальнобойных ударных дронов (а также начав получать БпЛА во все возрастающем объеме от европейцев), внедрив на поле боя новые виды дронов для ударов на средние дистанции, Киев попытался обнулить стратегию РФ.
С марта начались массированные удары по экспортной инфраструктуре РФ, далее – удары по НПЗ. Параллельно – удары дронами средних дистанций по логистике на сухопутном коридоре в Крым, по энергообъектам на полуострове, а также – массированные удары по российскому судоходству в Азовском и в Черном морях. Наконец, с лета пошли удары по складам российских маркет-плейсов.
Цель этого была двойная.
С одной стороны – создать проблемы для российской экономики и бюджета, подорвав способность Москвы и далее финансировать войну.
С другой стороны – заставить как можно больше россиян "почувствовать войну", усилить недовольство властями и протестные настроения. И через это добиться дестабилизации внутренней ситуации в РФ. Тем более, что недовольство затягиванием войны к тому времени в России уже и так нарастало.
Удары привели к жесткому топливному кризису и огромным очередям за бензином по всей России, к перманентным отключениям света в Крыму и на других захваченных территориях, к убыткам предпринимателей, перебоям с экспортными поставками зерна и энергоносителей.
По задумке Киева и его европейских партнеров, все это должно было уже к концу лета побудить Кремль либо пойти на уступки по условиям завершения войны, либо, если он на это не согласился, – поставить его перед лицом нарастающих внутренних проблем, чреватых масштабной дестабилизацией. Тем более, что на носу – выборы в Госдуму РФ.
Однако в августе произошли события, которые в этот план внесли очень существенные коррективы.
3. Что показал август?
В августе Россия начала свою кампанию массированных ударов по украинским тылам, которые оказались многократно опаснее, чем те, которые осуществлялись до того. И на то было несколько причин.
Во-первых, дефицит ракет к системам ПВО у ВСУ резко снизил процент сбивания баллистики.
Во-вторых, Россия внедрила два вида новых ударных средств – ракето-дроны "Бандероли" и реактивные "Шахеды". Их нельзя сбивать дронами-перехватчиками, приходится тратить дефицитные ракеты. Поэтому процент попаданий российских ударных БпЛА значительно вырос.
В-третьих, судя по участившимся попаданиям по складам с боеприпасами в глубоком тылу, россияне повышают эффективность разведки целей.
Наконец, интенсификация украинских ударов по РФ дала возможность россиянам представлять свои атаки как "ответку" и резко нарастить их масштаб.
Итог не замедлил сказаться.
За пару недель ударов дронами и "бандеролями" РФ удалось почти остановить судоходство в черноморских портах Украины, что нанесло сильнейший удар по украинской экономике. Особенно по аграрному сектору, а также по металлургии.
Экспортно-импортные потоки были вынуждены переориентироваться на дунайские порты с меньшей пропускной способностью, но и туда участились прилеты.
Кампания ударов по логистическим комплексам и торговым центрам привела к колоссальным убыткам для украинского ритейла, начали пустеть полки в магазинах.
А в последние дни августа атаки на Киев стали практически круглосуточными, что угрожает парализовать столицу, не говоря уже о более приближенных к линии фронта городах (включая Запорожье, Херсон), в которых россияне уничтожают вообще всю инфраструктуру и любые промышленные объекты.
Кроме того, как утверждает российское МО, регулярно поражаются склады с оружием и производства БпЛА. Украина, как правило, эти прилеты не подтверждает, но иногда о них пишут сами производители, а иногда – масштабы последствий таковы, что скрывать их невозможно (как было в Миле, например).
И все это усиливает крайне тревожные ожидания относительно осени и зимы для Украины. Особенно в плане энергетики, о подготовке ударов по которой уже прямо заявили россияне.
4. Выбор Украины
Итак, к чему пришли обе страны к концу августа?
Начнем с Украины.
То, что происходит сейчас со взаимными обстрелами, является как бы красноречивой иллюстрацией уже упомянутой пословицы "поки товстий схудне, худой помре".
Украина, нанося удары по судоходству РФ в Черном море, его сократила, но не остановила. Кроме того, у России есть и другие морские порты, куда можно перенаправить потоки. РФ же смогла почти полностью остановить судоходство в украинские черноморские порты.
По складам. По оценке украинского аналитика Олега Белинского, в России из 56-57 млн квадратных метров складских площадей ударами ВСУ уничтожены 1,9 млн. То есть – около 3,4%. В Украине же из 3,2 млн квадратных метров складов с начала полномасштабной войны уничтожено 1,1 млн. Или же 34%.
Еще один пример. Нынешние средства поражения позволяют обеим сторонам практически беспрерывно наносить удары на глубину 100-150 километров.
Но если в случае ударов Украины в эти пределы попадают захваченные территории и три приграничных российских региона, которые составляют очень небольшой процент территории РФ, то в 100-150 километрах от линии фронта в Украине находятся крупнейшие города и промышленные центры страны – Харьков, Запорожье, Днепр, сразу несколько других областных центров – Херсон, Сумы, Запорожье.
До Москвы после 18 июня, когда были прилеты по Московскому НПЗ, не долетел еще ни один дрон. В то время как по Киеву удары идут регулярно.
Правда, на все это есть известный контраргумент – любые удары России по Украине меньше сказываются на способности Киева продолжать войну, чем удары ВСУ по РФ сказываются на способности Москвы поддерживать свои военные усилия. Потому что Кремль воюет на свои деньги, а Украина, по большей части, на деньги западных партнеров.
То есть, возвращаясь к аналогии с пословицей про толстого и худого, у "худой" Украины, в отличие от "толстой" России, есть источник внешнего искусственного питания – западная помощь.
Эта логика описывается двумя цифрами: в бюджете на текущий год расходная часть составляет более 143 млрд долларов, в то время как общая планируемая сумма собранных на территории Украины доходов – лишь 64 млрд. Причем из последних значительная часть также формируется за счет внешней помощи: подоходный налог и военный сбор, которые во многом собираются в госсекторе и в секторе, осваивающем госзаказы. Также госрасходы подпитывают внутреннее потребление, что влияет на сборы акцизов и НДС. Однако данная логика действует лишь в случае, если Европа любые "дыры" в бюджете будет и далее закрывать в запрашиваемых объемах.
А вот с этим уже есть очень серьезные проблемы. С одной стороны – активизация ударов РФ все же может привести сама по себе к падению доходов казны. С другой стороны, что еще более важно, огромная дыра уже образовалась по военным статьям бюджета. Что признают и власти, прямо называя причину – перерасход средств в первом полугодии ради интенсификации ударов по России и по захваченным территориям. То есть для поддержания прежнего темпа ударов и, в целом, боевых действий необходимо намного больше денег, чем запланировано в бюджете. Война стала явно более дорогой. Те же дальнобойные удары – очень недешевый процесс. Для поражения одной цели приходится запускать сотни дронов, с учетом того, что россияне сбивают практически 95% из них.
Готова ли Европа резко нарастить финансирование? Вопрос открытый. Особенно с учетом коррупционных скандалов вокруг окружения Зеленского, которые порождают вопросы относительно того, куда идут выделяемые деньги.
Последний момент создает также сильное напряжение внутри страны, подрывая позиции президента. Тем более, что у него появился и открытый политический противник – бывший соратник, отправленный в отставку министр обороны Михаил Федоров, требующий выборов. Федоров пользуется поддержкой грантовых кругов, на которые ориентируются антикоррупционные органы и которые патронируются Европой. И, используя эти связи, они уже раскачивают ситуацию активно против Зеленского и внутри страны, и за ее пределами.
Также активно ходят слухи, что Банковая готовит контрудар по НАБУ и САП, а также соратникам Федорова, чтоб ликвидировать угрозу с их стороны. Все это создает угрозу дестабилизации положения в стране. А есть еще армия, к руководству которой пришел близкий к Федорову, нелояльный Зеленскому, но амбициозный главком Драпатый. И там же есть немало и других военных с явными политическими амбициями вроде Билецкого. И если они увидят, что власть президента зашаталась, то также могут захотеть поучаствовать в разделе властного пирога.
Немаловажен и другой момент. Еще несколько месяцев назад в украинском обществе создавали ожидания чуть ли не скорой капитуляции Путина из-за ударов по России. А теперь украинцы вынуждены долгими часами сидеть в убежищах из-за постоянных воздушных атак РФ, смотреть на дым от горящих складов и слушать призывы властей готовиться к самой тяжелой зиме в истории.
Это усиливает усталость от войны и желание ее закончить как можно быстрее. Пусть даже и ценой уступок. Причем подобные настроения есть и среди элиты (об этом мы писали в отдельном материале). Пока они не влияют прямо на действия украинских властей, которые остаются на прежних жестких позициях.
Однако и перед ними стоит сложный выбор. Если не удастся добиться от Европы резкого увеличения финансирования (с чем пока проблемы, а если даже и удастся что-то найти на этот год, то где искать в следующем?), продолжение войны, которая становится все дороже, потребует жестких мер внутри страны. В том числе, масштабного урезания гражданских расходов. Также все более жестких мер требует пополнение армии. При том, что уже сейчас ТЦК сталкиваются с сильным сопротивлением. А если будет снижен возраст призыва, то ситуация станет еще более напряженной.
Если же еще оправдаются прогнозы о тотальном выбивании энергетики, а политическая ситуация продолжит накаляться и выходить из-под контроля Зеленского, то уже в течение ближайших месяцев Украина может оказаться перед лицом тяжелейших вызовов, чреватых радикальным ухудшением и военной ситуации.
В любом случае, август показал, что попытки Киева нанести России серьезный ущерб имеют свою цену для Украины, и очень большую. И, по мере затягивания войны, она будет только увеличиваться.
5. Выбор России
В середине июля мы опубликовали статью "Решающие недели для Путина". Мы писали, что оставшееся до конца лета время покажет – сможет ли Кремль решить стоящие перед ним вызовы, связанные, в первую очередь, с усилением обстрелов РФ и с нарастанием усталости среди россиян от войны, а также сможет ли он не допустить ухудшения ситуации на фронте. Если сможет – он продолжает прежнюю стратегию войны "толстого с худым" без резких движений внутри страны и вовне.
Если нет, то ему придется стратегию менять и делать выбор из четырех вариантов.
Первый – ужесточение внутренних мер (новая мобилизация, перераспределение расходов с гражданских на военные цели, ограничение потребления основных товаров, дальнейшее ужесточение политического режима).
Второй – нанесение ядерного удара по Украине с целью принуждения Киева к завершению войны на российских условиях.
Третий – эскалация в отношениях с Европой вплоть до военного удара с целью заставить ее прекратить помощь Украине под страхом ядерной войны.
Четвертый – идти на компромиссы ради завершения войны.
Итоги летней кампании неоднозначны.
С одной стороны, внутренняя ситуация в РФ пока остается стабильной. Даже дефицит топлива не выявил признаки роста протестных настроений. Кроме того, не оправдался тезис о перехвате ВСУ инициативы на фронте. Продвижения украинской армии ограничились тактическими успехами на некоторых участках южного фронта и в районе Лимана. На большинстве других направлений инициативу удерживают российские войска. Кроме того, цены на нефть по-прежнему держатся на высоком уровне, помогая наполнять бюджет.
Но, с другой стороны, удары ВСУ продолжаются. Судя по всему, россияне смогли значительно увеличить процент сбития, но все равно БпЛА регулярно прилетают и поражают те же НПЗ, из-за чего в России вновь начался дефицит бензина и очереди за ним.
Также идут прилеты и по экспортной инфраструктуре. И пока эта проблема не решена, что создает двойную нагрузку на бюджет.
Во-первых, перебои с экспортом, постоянные прилеты по НПЗ и логистике, дефицит топлива и необходимость его импортировать сами по себе создают нагрузку на бюджет.
Во-вторых, тема "война становится более дорогой" актуальна не только для Украины, но и для России. Несмотря на то, что военный бюджет РФ на этот год был запланирован на уровне даже немного меньше (в рублях), чем в прошлом, по факту российские военные расходы, как пишут западные СМИ, в первом полугодии увеличились на 30% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Да, пока можно закрывать недостачу за счет заимствований, девальвации рубля, не слишком чувствительного сокращения гражданских расходов (резервы там есть). Но что будет в следующем году и далее? Тут нужно будет принимать решения.
Ситуация на фронте также неоднозначная. Нынешняя численность группировки РФ, возможно, и позволяет удерживать фронт. Но для ускорения наступления требуется больше людей, что поднимает вопрос о мобилизации.
Наконец, настроения в обществе по всем опросам постепенно ухудшаются в отношении войны и власти. Запрос на мир растет – и среди населения, и среди элит.
Пока это все не выливается в протесты, но кто знает, что будет дальше, особенно если не удастся предотвратить дальнейшие удары по НПЗ, а с наступлением холодов под удар попадет и теплоснабжение. Тем более, что ВСУ наверняка постараются нарастить удары и уже давно анонсируют атаки баллистикой. Пока их нет, но если начнутся, то это усложнит для РФ ситуацию.
Таким образом, начатая Киевом и европейцами кампания давления на РФ хоть и не создала пока для Москвы проблемы того масштаба, на который рассчитывали ее инициаторы, но и бесследно не проходит.
Пока у Кремля есть возможности и ресурсы возникающие проблемы купировать, но в горизонте уже нескольких месяцев вопрос о выборе из четырех обозначенных выше вариантов (повторимся – если не удастся нивелировать ущерб от украинских ударов) вновь станет.
Если подытожить.
Сейчас и Украина (вместе со своими партнерами), и Россия находятся на грани слома своих прежних стратегий войны.
Главная проблема – война становится все более дорогой и требует радикально больше ресурсов, чем прежде: как человеческих, так и финансовых. Ресурсы еще есть, но их привлечение связано со все большими проблемами для стабильности и управляемости внутри каждой из противостоящих стран.
Но, что еще более опасно, как мы уже не раз писали, затягивание войны увеличивает вероятность и катастрофических сценариев, включая ядерную войну и глобальный конфликт России и НАТО.
Альтернатива всему этому – компромиссы с целью завершить войну и достичь прочного мира. Его формула очевидна: по итогам войны Россия должна гарантировать, что нового нападения на Украину не будет, Украина должна гарантировать, что не будет тем или иным образом "догонять" Россию после войны, и обе страны будут сосуществовать дальше, не мешая жить друг другу. А отношения РФ с Европой и с глобальным Западом в целом должны быть полностью восстановлены и нормализованы.
Понятно, что это звучит практически как фантастика в нынешних условиях, когда обе стороны "закусились" и входят в раж, стремясь нанести друг другу максимальный урон, не обращая внимания на потери.
Но все более очевидный тупик в войне и угроза фатальных последствий при попытках из этого тупика выбраться ("ядерка" и глобальный конфликт) оставляют шанс на то, что найдется разум пойти на компромиссы.
