Киллер сбежал, заказчики не осуждены. Что происходит с делом об убийстве Евгения Щербаня спустя 30 лет
3 ноября исполнится ровно 30 лет со дня совершения одного из самых резонансных преступлений в истории независимой Украины - расстрела народного депутата Евгения Щербаня и его жены Надежды Никитиной с сопровождающими прямо в аэропорту Донецка.
За долгие годы это преступление обросло собственной мифологией и самыми разнообразными версиями. А один из сыновей политика, Евгений Щербань, с помощью искусственного интеллекта пытается систематизировать массив информации о деле. Он продолжает писать обращения к президенту и в Офис генерального прокурора с требованием допустить его к ознакомлению с материалами дела и активизировать расследование в отношении заказчиков. Однако, по его словам, он получает отписки, а материалы дела находятся в аннексированном Крыму.
Накануне 30-летия преступления мы рассказываем о том, как оно было совершено, кого признали виновным и почему расследование в отношении заказчиков зашло в тупик.
На момент убийства Щербань был одним из самых влиятельных бизнесменов и политиков страны, который сосредоточил в своих руках колоссальные активы. Его сфера деятельности простиралась далеко за пределы Донбасса и Украины. "Атон", "Индустриальный союз Донбасса", "Гефест" и многие другие - это далеко не полный список промышленных агломератов, которые контролировал Щербань.
3 ноября 1996 года около 16:00 в аэропорту Донецка совершил посадку частный борт Як-40, совершавший перелет по маршруту Москва - Донецк. На борту находились сам Евгений Щербань, его жена Надежда Никитина, их 19-летний сын Руслан, бизнес-партнеры и обслуживающий персонал. Щербань возвращался из Москвы с празднования серебряной свадьбы Иосифа Кобзона, который тогда был далеко не последней фигурой не только в музыкальных, но и в криминальных кругах.
По официальной версии следствия, киллеры Вадим Болотских и Геннадий Зангелиди из банды Евгения Кушнира тщательно просчитали маршрут проезда на взлетную полосу, раздобыли поддельные документы сотрудников милиции и униформу, вооружились скорострельным пистолетом-пулеметом "Аграм-2000", автоматом АКМ, пистолетом ТТ. При себе у них были даже гранаты.
Убийцы заранее проникли на территорию аэродрома. Они были переодеты в форму милиционеров и работников аэропортовых служб и не вызвали подозрений у охраны и прибывших.
Когда Щербань с женой спустились по трапу самолета и направились к автомобилю, бронированному Chevrolet Caprice, к ним подбежали киллеры. В основном они вели огонь из автоматического оружия. Убийцы стреляли на поражение и добивали раненых. Евгений Щербань получил несколько тяжелых ранений. Контрольный выстрел в затылок произвел киллер Вадим Болотских по кличке Москвич.
Никитина умерла от ранений по дороге в больницу. Также тогда погибли сотрудники экипажа и аэропорта, оказавшиеся на линии огня: бортинженер самолета, авиамеханик и инспектор таможни.
Сын Щербаня Руслан чудом не пострадал в ожесточенной перестрелке.
Однако и у киллеров все прошло не гладко. Напарник Болотских, Геннадий Зангелиди по кличке Зверь, открыл беспорядочную пальбу из автомата и ранил Москвича в ногу.
Сразу после расстрела убийцы сели в ожидавший их автомобиль, после чего скрылись. Позже машину и оружие сожгли в лесополосе неподалеку. Раненый Болотских обратился в частном порядке к врачам, что затем помогло следствию выйти на след киллеров.
Преступление носило явно заказной характер.
По официальной версии, организатором группировки исполнителей был признан донецкий криминальный деятель Евгений Кушнир. Также его банду обвиняли в убийстве банкира Вадима Гетьмана.
Однако постепенно все нити, которые могли вести к заказчикам этих преступлений, были последовательно оборваны.
Кушнир, который мог дать показания на заказавших убийство, умер в Донецком СИЗО в 1998 году при сомнительных обстоятельствах якобы от реакции на инъекцию медицинского препарата.
Чуть раньше, в ноябре 1997 года, ушел из жизни криминальный авторитет и союзник банды Кушнира Александр Мильченко по кличке Матрос. Согласно заключению, смерть наступила от острого сердечного приступа, также у него был цирроз печени. Однако по одной из версий, Матроса могли ликвидировать, чтобы замести следы. Считается, что он обладал исчерпывающей информацией о том, кто именно заказывал убийство Щербаня. Также накануне совершения этого преступления на счета его фирмы были переведены деньги (подробнее об этом чуть ниже).
Таким образом, оба главных связующих звена между заказчиками и киллерами оказались мертвы еще до того, как дело дошло до суда.
Также до суда был устранен и один из киллеров Зангелиди. Через несколько дней после расстрела в донецком аэропорту один из лидеров банды Анатолий Рябин увез Зангелиди из Москвы в Киев, где тот и был убит выстрелом в голову с близкого расстояния. Труп Зангелиди закопали в лесопарковой зоне Пуща-Водицы под Киевом. Позже, в ходе следствия по делу банды Кушнира, один из свидетелей указал точное место захоронения, и останки киллера были эксгумированы для судебно-медицинской экспертизы.
Что касается Болотских, то его схватили в 2000 году в Москве на улице прямо во время прогулки с собаками. Как заявлял его адвокат Дмитрий Поезд, неизвестные в камуфляже и масках затолкали киллера в автомобиль, сделали в плечо инъекцию какого-то препарата, от которого тот потерял сознание. Через границу Болотских перевезли украинские спецслужбы в багажнике служебного автомобиля.
Операцию проводили спецслужбы и УБОП в закрытом режиме, границу автомобиль пересек без официального досмотра и оформления.
Очнулся Москвич уже на территории Украины, в следственном изоляторе Киева, где ему сразу предъявили обвинения по делу об убийстве Евгения Щербаня, Ахатя Брагина и Александра Момота.
Официально в документах этот эпизод оформлялся с юридическими уловками, однако сам Болотских и его защита утверждали, что из России в Украину его не экстрадировали официально.
В апреле 2003 года Апелляционный суд Луганской области вынес приговор по делу банды Кушнира. Вадим Болотских был приговорен к пожизненному с конфискацией имущества. Суд признал его виновным в убийстве Щербаня и его жены, в участии в организации взрыва в 1995 году на стадионе "Шахтер", где погиб Ахать Брагин, и в убийстве бизнесмена Александра Момота в 1996 году.
Болотских признал свою вину, но частично. По делу Щербаня он признался в соучастии, но утверждал, что стрелял только из пистолета ТТ в одного Щербаня, а жену и сопровождающих расстрелял из автомата Зангелиди. Насчет эпизода убийства Брагина он утверждал, что непосредственно в нем не участвовал, а лишь консультировал сообщников по поводу технических особенностей закладки взрывчатки. Что касается убийства Момота, то он полностью отрицал свое в нем участие.
По поводу заказчиков он заявлял, что их не знает, что логично: вряд ли Кушнир посвящал киллеров в такие подробности.
До 2014 года Болотских отбывал наказание в Славяносербской исправительной колонии № 60 в Луганской области. Во время начала боевых действий на Донбассе по каким-то причинам (из-за халатности или не только нее) заключенных не вывезли на подконтрольную Украине территорию, и летом 2014 года колония была захвачена "ЛНР". Из неё бежали многие заключенные, в том числе Болотских.
С июля 2014 года достоверных сведений о местонахождении Болотских нет. По данным семьи Щербаня, он скрылся, вероятно, на территории РФ, гражданином которой является. Украина объявила его в розыск.
Таким образом, прямых показаний по поводу заказчиков преступления давать было некому, а потому все версии на этот счет строились на косвенных доказательствах и широко использовались как элемент политической борьбы для дискредитации тех или иных политиков и бизнесменов.
Среди основных версий можно выделить три.
Версия 1. Заказчик - Павел Лазаренко, убийства Щербаня, Брагина и Момота были осуществлены с целью установления и укрепления монопольного положения днепропетровской корпорации ЕЭСУ на газовом рынке
Эта версия наиболее распространенная, так как ложится в канву борьбы донецкого и днепропетровского кланов - одного из главных сюжетов экономической и политической жизни Украины в середине 1990-х годов.
Канва примерно такая. В 1995 году сразу несколько предпринимателей при помощи властей начали запускать схему взятия под контроль крупнейших промышленных предприятий страны через поставки на них газа. Суть схемы такова: трейдеры поставляли на заводы резко подорожавший газ, у заводов не было денег за него платить, а потому они расплачивались по бартеру своей продукцией, эксклюзивными продавцами которой становились газотрейдеры (в том числе ею расплачивались с "Газпромом" за газ), постепенно переводя под свое управление все товарные и финансовые потоки предприятий.
Одной из самых интересных бартерных цепочек для трейдеров была схема "штрипс - труба - газ". Штрипс производился на "Азовстали", далее из него делали трубы на Харцызском трубном заводе, в те времена - главном поставщике для "Газпрома" труб большого диаметра, и затем трубами расплачивались за газ.
Чтоб взять под контроль эту и другие подобные цепочки в регионе, в 1995 году крупнейшие донецкие предприниматели того времени Ахать Брагин и Евгений Щербань создали корпорацию-газотрейдера "Индустриальный союз Донбасса". Основным идеологом проекта стал известный донецкий предприниматель Александр Момот.
Однако на схему "штрипс - труба - газ" положила глаз созданная под патронатом Лазаренко (он был губернатором Днепропетровской области, в 1995 году стал первым вице-премьером, в 1996 году - премьером) корпорация Единые энергосистемы Украины. Ее возглавила Юлия Тимошенко.
Осенью 1995 года был убит Брагин, в мае 1996 года - Момот. Вскоре на Донбассе началась крупная забастовка шахтеров, которые заблокировали железные дороги. Это было воспринято как прямой удар со стороны донецких элит по новоназначенному премьеру Лазаренко. Далее тот объявил о покушении на себя (по распространенной версии, это была инсценировка), после чего был отправлен в отставку тогдашний губернатор области Владимир Щербань, новым главой обладминистрации стал близкий к Лазаренко Поляков, а лидеров шахтерских забастовок отправили в тюрьму. В ноябре 1996 года был убит Евгений Щербань. В результате всех этих событий ИСД был вынужден закупать газ у ЕЭСУ, которая также приватизировала Харцызский трубный завод.
При этом ИСД и многие другие активы Брагина и Евгения Щербаня перешли под контроль тандема Рината Ахметова и Виталия Гайдука, который и стал центром формирования "новодонецкой" финансово-промышленной и политической группы.
В 1997 году превратившийся в слишком влиятельную фигуру Лазаренко поссорился с президентом Леонидом Кучмой и был отправлен в отставку. Между ними началась открытая война. В ней "новодонецкие" после некоторых колебаний поддержали Кучму, за что получили зеленый свет на все свои бизнес-проекты на Донбассе. В том числе под их контроль перешли Харцызский трубный завод и "Азовсталь".
В 2000 году Гайдук и Ахметов разделили активы. Гайдуку и его партнеру Сергею Таруте оставили ИСД. Ахметов начал консолидацию своих предприятий под управлением СКМ.
Исходя из этой фабулы, еще в 1996 году обсуждалась версия о причастности к серии убийств донецких бизнесменов Лазаренко и ЕЭСУ.
И Лазаренко, и Тимошенко это категорически отрицали. Их сторонники указывали, что к моменту убийства Евгения Щербаня ИСД уже перешел на закупки газа у ЕЭСУ, вопросы взаимодействия с донецкими были урегулированы, поэтому убивать нардепа у них не было никакого мотива.
В 2013 году, во времена Виктора Януковича, когда Тимошенко уже сидела в тюрьме по другому делу, Генпрокуратура предъявила ей и Лазаренко официальное подозрение в заказе убийства Щербаня.
В качестве одного из доказательств приводились переводы со счетов, связанных с ЕЭСУ, на счета лиц из окружения Кушнира, в частности упомянутого выше Александра Мильченко (Матроса). Также утверждалось, что Лазаренко помог Мильченко в приватизации Царичанского завода минеральных вод в благодарность за содействие в устранении Щербаня.
Тимошенко и ее соратники назвали эти обвинения политически мотивированными и частью кампании по преследованию Тимошенко со стороны тогдашних властей.
После Майдана 2014 года дело о подозрении в адрес Тимошенко по поводу убийства Щербаня было закрыто.
Версия 2. Разборки внутри донецких
Ее сторонники исходят из того, что Щербаня заказали те, кто затем поделил его активы.
Версия эта периодически активизируется противниками Рината Ахметова. Очередной всплеск ее обсуждения пришелся на конец 2020 года, когда вышел фильм "Наследник", основанный на разговоре со старшим сыном Щербаня Евгением. Он обвинил Ахметова и Таруту в том, что те его кинули, уведя в свою пользу активы отца.
Ахметов и Тарута все это отрицают. Также опровергает изложенную в фильме информацию и младший сын Щербаня Руслан.
Никаких подозрений и официальных обвинений в рамках этой версии не предъявлялось.
Версия 3. Конфликт с Москвой
Она тоже периодически всплывает в СМИ и увязывает убийства Брагина и Щербаня с другим преступлением - расстрелом в 1994 году в донецком кафе "Червоный кут" Эдуарда Брагинского (Чирика).
Брагинский был коронован в 1993 году в Москве и считался смотрящим за Донбассом от московских воров.
Согласно версии, которой придерживаются некоторые журналисты, изучавшие историю криминальных войн 1990-х годов, после этого убийства контроль за ситуацией в регионе перешел к Ахатю Брагину и Евгению Щербаню, которые отказались отправлять долю в Москву и начали замыкать все потоки в Донецкой области на себя. За что московская братва решила им отомстить. При этом упомянутый выше Кушнир считался близким к Брагинскому.
То, что накануне убийства Щербань встречался с Кобзоном, сторонники этой версии также рассматривают как косвенное доказательство, так как эта деталь напоминает классический сюжет фильмов о лихих 1990-х: человека вызывают на сходку для финального разговора, и если не находится взаимопонимание, отдается приказ на устранение.
Также часто напоминают о словах Щербаня об угрозе для Украины со стороны российского капитала.
Впрочем, никаких прямых доказательств этой версии нет. Также в связи с нею не предъявлялось никаких подозрений и обвинений.
На сегодняшний день официальное расследование в отношении заказчиков убийства Евгения Щербаня фактически не проводится.
Более того, в феврале 2014 года, накануне бегства Януковича, часть материалов дела была вывезена из Киева в Симферополь, откуда впоследствии перешла в распоряжение россиян. То есть контроль над ними украинских правоохранителей утрачен.
Таким образом, юридически преступление в отношении исполнителей было раскрыто еще в начале 2000-х, но заказчики так и не предстали перед судом, а их личности по-прежнему являеюся предметом споров, перейдя наряду с фигурами заказчиков убийства Гонгадзе в разряд одной из главных криминально-политических тайн Украины первого десятилетия независимости.
И в качестве заключения: самолет Як-40, на котором Евгений Щербань прилетел из Москвы накануне убийства, еще некоторое время использовали на местных авиалиниях, однако затем он выработал свой ресурс. Долгое время он находился в Киеве на территории аэропорта Жуляны. А в 2016 году списанный авиалайнер перевезли в село Юров Киевской области, отреставрировали, перекрасили в яркий желтый цвет и установили на территории местного загородного ресторанно-гостиничного комплекса Yellow plane. Узнать бывший борт Щербаня до сих пор можно по незакрашенному бортовому номеру UR-87961.
