Почему все чаще говорят о сокращении числа забронированных?
Если проанализировать поступающую информацию о том, как власти собираются менять систему мобилизации, и отбросить пиар и общие фразы, то можно увидеть, что эти изменения главным образом касаются сокращения числа забронированных от службы работников предприятий.
Одни источники говорят о сокращении квот забронированных на критически важных предприятиях, другие – о сокращении перечня таких предприятий, третьи – вообще о снятии брони со всех предприятий, за исключением оборонных и энергетических. Также уже анонсируют проверки забронированных.
Почему такой акцент делается на бронировании?
Во-первых, практически все изменения порядка бронирования можно ввести постановлением правительства, в то время как многие другие нормы (например, о снижении возраста мобилизации) нужно проводить через Верховную Раду. А в ее нынешнем состоянии необходимые голоса за столь непопулярные меры могут и не найтись. Тем более что народные депутаты могут начать задавать властям неудобные вопросы: зачем такое ужесточение мобилизации, если вы говорите, что ВСУ перехватывают инициативу на фронте, а у России все плохо и её потери "в десятки раз" выше? так ли всё это на самом деле, если предлагается снижать возраст мобилизации? В правительстве же, полностью подконтрольном Владимиру Зеленскому, никто подобные вопросы задавать не будет и проголосуют, как прикажут.
Во-вторых, лишенных брони мужчин легче других найти и мобилизовать, поскольку у военкомов есть вся информация о них: где они работают, где живут. Кроме того, в отличие от контингента, который сейчас гребут в армию (наркоманы, люди с тяжелыми хроническими болезнями), рабочие предприятий – это, как правило, здоровые мужчины, многие из них молоды, в возрасте 25-35 лет.
Безусловно, против их мобилизации будут протестовать предприниматели, которые и без того испытывают огромный кадровый голод.
Однако философия власти в отношении украинского бизнеса состоит в том, что сейчас он стране не очень-то и важен (если речь не идет о военных производствах или энергетике), потому что вне зависимости от того, как он себя чувствует, бюджет всё равно будет наполняться деньгами, которые дают европейцы.
Конечно, в долгосрочной перспективе такой подход может оказаться губительным для целых отраслей украинской экономики, да и стабильность европейской финансовой подпитки в дальнейшем под вопросом из-за нарастающих экономических проблем в Европе, усугубляемых энергетическим кризисом.
Но в нынешней ситуации власти не обязательно будут смотреть так далеко вперед.
